Я ЛЮБИЛА КАК МОГЛА

Из него не доносится ни звука.
Ты накормил его, кажется, уже самой вкусной кашей, сказал, что любишь, спросил, что еще ты можешь для него сделать.
Он загадочно чуть-чуть приподымает бровь и молчит. Ты говоришь, что сейчас повесишься, разбиваешь об его голову тарелку, плачешь, грозишься уйти навсегда. Он чуть улыбается и молчит.

Ты даришь букет роз и самый горький французский шоколад, во время секса пытаешься угадать, что именно он чувствует, вьешься вокруг него нежно, целуешь, гладишь, обнимаешь, проклинаешь, в общем, из тебя, по сравнению с ним, все время выходит какая-то кипящая лава.

Потом ты думаешь — я его замучил, и ласково и надолго оставляешь его в покое. Он молчит и не шевелится.

Ты устаешь быть вулканом. Опускаешь руки.

Сухо говоришь: знаешь, так нечестно. Я тебе про себя рассказал, станцевал, поцеловал. Будто мы вместе договорились развести костер, а дрова в них подкладываю только я, при этом ты морщишься от дыма. И при этом ты не уходишь, греешься тут, понимаешь, или что ты тут вообще??? Он пожимает плечами и говорит: Знаешь, все как-то немного не то. Ты опешиваешь, потом радуешься, что из него донесся отклик, хоть какой-то, спрашиваешь- а что именно было бы то — но он уже опять сошел на ноль, закутался в шарф и немного умер. Правда, дышит, это видно.

Ты пытаешься его выгнать, но он не уходит, отсвечивая немного мертвым, тем, что раньше принималось тобой за загадочность.

Ты заходишь на десятый круг и снова пытаешься его отогреть или сделать больно, чтобы по реакции угадать — попал ли в цель, ты наконец делаешься мертвым сам, но с той стороны ни звука. Тебе сначала досадно, потом страшно, потом скучно. Потом ты от него уходишь, и он даже не очень спрашивает почему. Потом, спустя несколько лет, твой бывший любимый приходит к терапевту и на первой сессии говорит: доктор, меня все отвергают, покидают, уходят. Не клеится ни с бизнесом, ни в любви. Мне уже за 30, не понимаю, сделайте что-нибудь.

Терапевт спрашивает, получая пожимание плечами и вялые ответы, к середине второй (десятой) сессии клиент-зеро намертво замолкает, терапевт немного пьет водички, чтобы продолжить пламенную речь, на третьей (двенадцатой) сессии клиент молчит 25 минут, терапевт молчит тоже. На вопрос — комфортно ли вам молчать — клиент пожимает плечами и говорит: Я думал, это будет как-то по-другому. Я разочарован, мне в который раз не везет с терапевтами, все какие-то не такие, все как-то не так, все как-то должно быть этак.

На вопрос «Как именно» Зеро пожимает плечами и чуть улыбается.

Терапевт плачет и говорит: Я чувствую себя отвергнутым, беспомощным, ненужным, сделайте с этим что-нибудь, у нас есть еще пять минут, постарайтесь уложиться.
Зеро растерян и удивлен, не верит, и это первая живая реакция, едва, впрочем, дышащая на ладан.В ходе терапии Зеро с трудом, неохотно, но научается давать обратную связь — поначалу микроскопическими дозами и только после требования терапевта.

Обсуждения почему Зеро стал Зером (извините), как это вышло и что с этим можно сделать — предмет работы в терапии, но не предмет рассмотрения в блоге. Я ставлю перед собой задачу показать, как именно мы проделываем с окружающими всякие хитрые мульки и фишки, незаметные для нашего глаза, но не позволяющие нам иметь глубокие отношения, которых мы, конечно же, так хотим! Резюме: Человек-зеро незаметно для себя самого обесценивает наши эмоциональные и прочие инвестиции в него и не дает нам обратной связи в необходимом объеме. Так он упреждающе отвергает своих партнеров в разных областях жизни.

Если спросить бывших партнеров этого одинокого человека, что происходило, они скажут: «Мы его любили как могли, и делали что могли, но, казалось, ему ничего не было нужно».

Автор: Юлия Рублева